В Верховном суде Татарстана исследовали новые доказательства стороны обвинения по делу 51-летнего гражданина Турции и Германии Мете Эцфела — в мае прошлого года мужчина, по версии следствия и прокуратуры, зарезал на глазах у трехлетнего сына свою супругу, 34-летнюю Елену Рябинину, руководившую спортивной школой по гимнастике «Вдохновение». Иностранцу также вменяется покушение на ребенка — ему он нанес резаную рану головы, считают силовики.
На последнем процессе стороны ознакомились с голосовыми сообщениями Елены, которые женщина отправляла своей матери за 10 дней до гибели. Оказалось, что пострадавшая намеревалась заявить на своего мужа в полицию, но откладывала это решение, чтобы накопить достаточно доказательств.
Также в суде стало известно, что отрицавший на старте процесса вину иностранец вдруг сознался в преступлении, но частично — защита отметила, что в деле нет доказательств умышленного причинения вреда ребенку. Вместе с этим суд проверил здоровье подсудимого — у Мете Эцфелы не нашлось тяжелых заболеваний, препятствующих заключению в СИЗО, несмотря на заявления защиты об обратном.
Правосудие вместо суицида
Убийство, в котором сознался гражданин Турции и Германии, произошло 24 мая 2025 года в квартире Елены Рябининой в ЖК «Волжская гавань» Кировского района Казани. В этот день общему сыну пары исполнилось три года — и Елена собиралась в кафе, где ее ждали остальные члены семьи, чтобы вместе поздравить мальчика. В кафе ждали все, кроме Мете Эцфелы — с мужчиной Рябинина находилась в процессе развода после двух лет совместной жизни.
Иностранец, как следует из материалов дела, пришел в квартиру к Елене поздравить своего сына, однако закончилась эта встреча кровавой расправой. Что послужило тому причиной — подсудимый рассказал на своем допросе в суде, который прошел в закрытом от прессы режиме. Источники «Вечерней Казани», однако, отмечают, что иностранец настаивает на провокации со стороны женщины и на том, что в момент совершения преступления находился в состоянии аффекта. При этом причинить вреда ребенку он не хотел — и подтверждений тому, что действовал подсудимый умышленно, по данным защиты, нет.
Автор фото: Андрей Мартыгин / ИД «Вечерняя Казань»
Как стало известно «Вечерней Казани», после того как Эцфела убил Рябинину, он вышел из квартиры, закрыв ее на ключ. Ключи при этом остались в замке. Затем иностранец, по собственной версии, ждал на улице, когда в подъезд войдут родственники Елены — так он якобы хотел удостовериться, что ребенок не останется один. После чего поднялся к себе в квартиру, которая находилась по соседству с домом Елены — записал на турецком языке «прощальный» сторис, и вышел на карниз балкона, намереваясь спрыгнуть.
Мужчину отговорили. Как отмечали источники «Вечерней Казани», помогла версия о еще возможном спасении Елены — Эцфеле передали, что женщина еще жива, и ее увезли в больницу. Увы, это было не так. Однако иностранца удалось задержать, а вскоре и заключить в СИЗО, где он находится и по сей день.
На старте уголовного дела Эцфела не признал свою вину, и при любом удобном случае для чего-то говорил о проблемах Елены с алкоголем. Вероятно, так подсудимый пытался оправдать свою ревность, которая и послужила причиной разрыва с погибшей — родственники Рябининой говорят, что муж ревновал ее буквально к «каждому столбу» и даже выгонял беременную на улицу, когда они вместе жили в Германии.
В какой-то момент Елена не выдержала, и, забрав сына, улетела в Россию втайне от мужа. После — подала на развод. Однако Эцфела приезжал к женщине и даже навещал сына, параллельно при этом общаясь с девушками, приглашая их к себе в Турцию или Германию. Последний визит иностранца в Россию привел к трагедии — своеобразной ретроспективой происшествия могут послужить сообщения жертвы в переписке с матерью.
Последние голосовые
Ниже мы приведем цитаты из оглашенных в суде голосовых сообщений Елены Рябининой, начиная с тех, что были отправлены ближе всего к трагедии.
— Сообщение от 15 мая 2025 года, отправленное в 17:55. «Мам, в смысле «он сейчас наверное так думает»? Он вообще-то уже пару-тройку раз это сказал. Это вот еще в январе было, когда я ему сказала о разводе, он говорит: «Какой же я был дурак, зачем я отпустил, зачем я так сделал, зачем я тебе доверился — надо было мне сделать то же самое, то что ты делаешь, только мне, и на территории Германии». Вот он мне что сказал. Вот и все, он мне это не раз сказал».
— Сообщение от 15 мая 2025 года, отправлено в 16:48. «Начнет мутить, что его не устраивает там определять общение с ребенком. Я скажу [в суде по разводу], во-первых, только про присутствие, во-вторых, уважаемый суд, учитывайте, что человек склонен к побегу. Мне потом куда обращаться — в «Жди меня» на Первый канал сидеть реветь? Скажу: «Я очень прошу встать на мою сторону, так как я гражданка России и мой сын гражданин России».
— Сообщение от 13 мая 2025 года, отправлено в 16:48. «Нет, я тебе говорю, если после этой встречи у него начнется опять вот эти «15 минут, 15 минут» — вот этот прессинг. Я ему скажу: «Слушай, раз тебе не подходит мой график, такой график, потому что ребенок маленький, он может видеться только со мной, свой график я тебе сказала — и если тебе это не подходит, я все передаю в суд. Я подаю на тебя, что ты мне мешаешь, затрагиваешь мое личное пространство, что ты на меня покушаешься, что ты меня преследуешь. Значит будем общаться оттуда, все. Потому что сейчас-то пока оснований, понимаешь, сразу… припугивать. А тут у меня уже будут все переписки, все скрины, вот и все. Потому что я ему свое расписание сказала, он свое мне. Все. А потом 16-го на разводе я скажу, что он просто мне мешает, он вьется, он мне не дает ничего сделать, у нас свой режим — он тормошит меня, тормошит ребенка. Все».
Автор фото: Андрей Мартыгин / ИД «Вечерняя Казань»
— Сообщение от 12 мая, отправлено в 21:23. «У меня еще больше дел, надо каким-то образом сделать реестр, у меня вот вообще… сейчас буду сына укладывать, потом сама… мне когда спать-то? Я посмотрю, может не пойду завтра на тренировку, мне там дофига надо писать, — закончилось сообщение, на фоне слышан голос ребенка». (Мать Елены Рябининой приобщила это сообщение, в ответ на заявленный Эцфелой в своем допросе факт, что в день отправки этого сообщения Елена не открыла ему дверь, когда тот пришел с букетом, — подсудимый якобы слышал за дверью голоса мужчин, в то время как на голосовом сообщении из посторонних шумов можно услышать только голос ребенка).
— Сообщение от 12 мая 2025 года, отправлено в 16:39. «Мам, я просто не буду видеться в субботу эту однозначно. Я тебе говорю еще раз: если он мне будет сейчас написывать после этой встречи, просить опять увидеться… Я вот так и напишу, что я передаю все твои прессинги в органы, ты мне мешаешь, ты затрагиваешь мое пространство, и, значит, будем общаться оттуда, а тебя я блокирую. Все».
— Сообщение от 17 апреля 2025 года, отправлено в 8:26. «Я прямо тебе говорю, мам, я безжалостно буду вызывать полицию. Безжалостно. Я из-за это… это прямая его была, значит, идея, прямой его посыл — меня вот так затопить. Я четыре месяца разбиралась в полиции, сидела два часа как преступница в отделе ОБЭП, с прокуратурами… Это его прямая была идея, вот так вот, чтобы меня затопить… Я безжалостно буду вызывать полицию!». (По словам матери Рябининой, именно Мете Эцфела принадлежит идея написать на Елену донос в правоохранительные и государственные органы. После «анонимки» женщина как раз и объяснялась перед силовиками — жалоба, как отмечают родственники, касалась работы женщины в спортивной школе).
— Сообщение от 17 апреля 2025 года, отправлено в 8:23. «До 18 лет за жизнь, за здоровье, за безопасность Батуана отвечаю я. И это решение принимаю я. Вот после 18 лет, если захочет уже взрослый человек — найти там, я не знаю, пусть находит. Так что… а сейчас нет. Сейчас он нам несет угрозу, прямую — нам обоим». (Мать пострадавшей отметила, что фраза «он несет угрозу» касается Мете Эцфела, а «нам обоим» — значит нам с сыном).
— Сообщение от 12 апреля 2025 года, отправлено в 16:05. «Зачем? Зачем? Зачем? У меня такая же позиция, как Сибэль — если меня спросят, я скажу: «Я не против их общения, совершенно». Скажу: «Он с ним хорошо, да, ладит, но общение я позволю только в моем присутствии, а свое присутствие с этим человеком я не представляю, потому что он для меня опасен». Поэтому как они будут видеться и общаться? Я тоже не представляю. Все». (Сибэль — первая жена Мете Эцфела, запретившая ему общаться с ребенком. Соответствующий запрет установил суд Германии и запретил мужчине приближаться к ребенку ближе чем на 500 метров, заявила в процессе мать Рябининой).
Автор фото: Андрей Мартыгин / ИД «Вечерняя Казань»
Как отметили в процессе адвокаты подсудимого Иван Куликов и Томас Олсен, представленные свидетелем записи не относятся к делу, носят противоречивый характер и вырваны из контекста. Представитель стороны обвинения, прокурор Алсу Хабибуллина в свою очередь отметила, что записи характеризуют подсудимого — и свидетельствуют об опасениях погибшей за свою жизнь и жизнь ребенка.
Источник: Вечерняя Казань · Андрей Мартыгин